Сталкер! Подходи, присядь у костра. Да, этот костёр самый обычный. В целом, он похож на любой другой костёр, что здесь жгут люди.

Но у него есть одна особенность. Сидящие здесь любят слушать истории других. Что-то длиннее обыденных разговоров о насущном. И мы слушаем тут друг друга. Располагайся. Ведь я почему-то уверен, тебе есть что рассказать.

Я из тех, кто помнит, как после отключения Радара всполошился народ. Это во всех смыслах нездоровое оживление в народе. Каким же я был глупцом, что поддался этому порыву. Витька, Тум и я не смогли удержаться – там, за радаром Клондайк и Припять. Всегда мечтал побывать в этом городе. Мы шли быстро, насколько получалось, но так или иначе оказались практически замыкающими среди тех, кто рванул к Центру. Помню, как хоронились в кустах от проезжающей рядом армейской колонны. Видели трупы разорвавших друг друга сталкеров и мутантов. И мутанты здесь явно внесли куда меньший вклад, чем сами люди. Трупов было очень много, Тума стошнило, я же с трудом удержал свой желудок.

С трудом, но мы добрались до Припяти. Здесь было не менее страшно. Бои шли по всему городу, треск выстрелов, гулкие разрывы, местами что-то горело. Как бы мы не желали ввязываться во всё это, но не получилось. Очередь откуда-то из соседнего здания срезала Витька. Мы с Тумом поспешили найти укрытие от стрелка. Он нырнул за остов брошенного грузовика, я забежал за угол пятиэтажки.

Не знаю, каким бы способом я собрался выручать Тума, но одно событие заставило серьёзно поторопиться и не экономить патроны. Сильный глухой звук, похожий на далёкий взрыв перекрыл собой звуки боя. Я видел, как быстро испаряются облака над нами. Предвестники скорого Выброса. Быстро выглянув из-за угла мне повезло разглядеть окна, откуда пытались достать Тума нападавшие. Двумя очередями по ним я заставил их отпрянуть и криками подбодрить Тума двигаться ко мне. Мне повезло, магазина хватило, чтобы и дальше сдержать нападавших, не давая прицельно стрелять в нашу сторону. Рисковали ли мы? В крайней степени. Их могло быть намного больше в том здании и пулю мог схлопотать любой из нас с Тумом. Но, хвала Зоне, пронесло.

Это был какой-то необычный Выброс. За зданием, спешно перезаряжая оружие мы не успели отдышаться, как вдруг стало темно. Когда я глянул на небо – там снова были облака. А точнее тяжёлые грозовые тучи. Как? Но никакого объяснения у меня не было. Где-то севернее блеснула первая молния, а гом мы слышали уже на бегу к подъезду. Выброс наступал очень быстро, может это от близости к Центру?

В первом подъезде нам не повезло – металлическая дверь в подвал оказалась заперта, а стрелять в замок мы опасались, боясь рикошета. Подниматься в квартиры – плохая идея. В целом нам может повезти, найдём какую-то закрытую каморку или комнату с наглухо перекрытыми окнами, но зачем так рисковать? Подвалы это намного надёжнее. Почему толпы мародёров, прошедшие Припять до нас, так и не открыли её? Сокрушаться и дальше мне мешал красный свет, прорывавшийся из тёмных туч.

Вот во втором подъезде нам несказанно повезло. Дверь стояла на распашку, за ней вниз в темноту уходили ступеньки. Туда, быстрее туда! Тум первый нырнул в поход. Торопливые шаги по ступенькам закончились гулким ударом о дерево.

- Ай, млять, тут чёртова деревянная дверь. Темно, ни хрена не вижу.

Щёлкнул фонарик. Дверь, обшарпанная с выцветшей и растрескавшейся голубой краской. Не заперта, но открывается наружу. Мы открыли её и нашим взглядам открылся коридор, непривычно длинный и освещённый красным светом аварийных фонарей. А ещё в нём было множество дверей, мы осмотрели несколько в лучах фонарей. Тяжёлые металлические гермодвери, каждая из которых чем-то да отличалась от другой. Подёргали запирающий штурвал одной из дверей, уж сильно он привлёк наше внимание своим видом. Штурвал не двинулся ни на миллиметр, закрыто наглухо. Тум постучали прикладом в одну из металлических дверей. В ответ было тихо, но во мне разлилось явственное напряжение, опаска, как будто идущая из-за двери, если бы там действительно кто-то был.

Снаружи донёсся глухой раскат грома. Мы решили уйти дальше по коридору. А здесь довольно чисто, как если бы иногда кто-то делал уборку. Странно для заброшенного города, где мародёрами и обычными вандалами сделан полный разгром. Мы шли несколько минут, как коридор закончился. Сбоку, слева был лестничный пролёт, ведущий вверх и вниз.

- Какого чёрта? Тут, в подвале есть минус второй этаж? – спросил меня Тум.

Слова о том, что я в душе не ведаю, если ли он там застряли у меня в глотке. Я смотрел на стену справа. Надпись, выведенная чёрной краской на когда-то давно белёной известью стене, замеченная краем глаза, сейчас занимала всё моё внимание и основательно выбивала сознание из колеи. Этаж 749.

Это чья-то шутка? Не может быть в обычной хрущёвке столько этажей!

Быстро двинулся к перилам и заглянул в промежуток между ними. Темно. Луч направленного фонарика высветил пролётов пять вниз и столько же вверх. Больше было не разобрать. Я спустился ниже на пролёт и оттуда осмотрел стену, где должно быть указано про этаж. И надпись была. Этаж 748.

- Да какого чёрта?

- Ты что там мечешься?

- Семьсот этажей.

- Что?

- Тут напишут, что мы находимся на семьсот сорок девятом этаже. Но мы же спустились в мать его обычный подвал? Не могли же выкопать такой глубокий котлован? Почему лестница идёт ещё ниже? А что вверху? У здания пять этажей, мы сами это видели! Пошли наверх.

Тум не ответил. Он дождался меня и вместе мы двинулись вверх. Семь этажей. Мы прошли их, а лестница не заканчивалась. Числа на пролётах увеличивались. Этаж 754. Хотелось материться, чтобы сбросить возникшее напряжение. Захрипело, зашипело. Мы вскинули автоматы в сторону звука, а после фонариком осветили его источник. Рупор вещания висел на стене. Оттуда доносились неразборчивые звуки чьей-то речи, перебивающие своей громкостью более различимый сигнал с других этажей.

Сзади на лестнице что-то шлёпнулось, как будто кто-то уронил на пол кусок мяса. Обернувшись, мы увидели нечто бесформенное, мясной куль, покрытый отвратительными язвами, с несколькими деформированными конечностями, щупальцем и деформированной головой собаки. Нервы не выдержали. В два ствола мы разорвали его пополам. Слух, возвращающийся после грохота автоматов, доносил странный звук шипения. Осмотревшись в коридоре, я лишь увидел медленно тянущийся туман странного фиолетового цвета. Газ? Я быстро начал натягивать на лицо противогаз. Запах сырого мяса, как на скотобойне, неужели тот мутант настолько сильно пахнет?

Я проорал Туму бежим назад. С грохотом ног и прыгая через ступеньки с мыслью не упасть бы мы выскочили на семьсот пятидесятый. И тут на Тума сверху свалилось нечто чёрное, он заорал, как если бы на него плеснули кислотой. А может это и была кислота, ведь его комбинезон буквально прожгло. Тум упал, а чёрная жижа всё лилась на него сверху. Как живая тянулась к нему. Я не выдержал окончательно. Я выбежал в коридор семьсот сорок девятого. Я же не ошибся? Нет – вон и деревянная дверь. Почему она закрывается? Я был в ужасе. Свет аварийных фонарей вокруг мерцал, луч фонарика метался от стены к стене, высвечивая быстро проносящиеся металлические двери. Казалось, что если дверь впереди закроется окончательно, то это станет концом для меня. Последние метры, а воздух вокруг густеет, становится вязким, как вода или даже кисель. Кажется я замедляюсь и с трудом продираюсь сквозь него. Автомат, брошенный на ремень, тянет вниз. Пальцы ладони упираются в дерево двери. Она тяжела, словно одна из гермодверей в коридоре, но поддаётся! Я рвался, как загнанный зверь наружу, рычал под противогазом и толкал тугую дверь наружу, навалившись плечом. И тут как будто ускорилось время, я вывалился наружу, упав на пол перед ступеньками наверх. Прополз вперёд, не забыв ногой ударить деревянную дверь, легко закрывшуюся за мной. Я полз до ступеней. Фонарик разбился и потух. Сверху доносились раскаты грома и разливались отсветы красного света, разболелась голова, но вроде как умирать я не собирался. Подвал же был не менее опасен. Я перевернулся и в положении сидя упёрся рюкзаком в ступеньки, навёл автомат в сторону деревянной двери, готовясь стрелять на звук открывшейся двери. Но так, так и не открылась, лишь изредка из щели снизу пробивалась полоска красного света ламп. Или может быть мне это лишь казалось. Лишь стойкий запах сырого мяса не позволял мне расслабиться до самого конца.

Снаружи закончился Выброс. Всё затихло. Даже бои в Припяти стихли. Лишь через час я опустил затёкшие руки с автоматом. Поднялся. Включил фонарик на вновь заработавшем КПК и шагнул к двери. Голубая дверь открылась всё также легко. Только никакого коридора за ней уже не было. Лишь усыпанный гравием короткий проход и подвешенные на стене трубы. Я всё ещё не знаю, где я был и куда пропал Тум.

Очень интересный рассказ